Яков Иванович молча разделся, с мрачным видом прошел в ванную помыть руки, и только оттуда донесся его приглушенный шумом воды голос:

— Чем я утираться буду?

Жена, подавая полотенце, заметила:

— Чем ты сегодня расстроен, Яша?

Муж вздохнул и ничего не ответил. Только за обедом он горестно объяснил:

— Семен Иванович приказал долго жить. Отмучился, бедный.

Жена ахнула и поднесла к глазам передник.

— Кто тебе сказал?

— Лавров звонил. Просил согласия поставить мою фамилию под некрологом. Сказал, что все подпишут: Арбузов, его заместитель Ванюков, Юркин. Одним словом, все. По алфавиту.

— Кто все? — спросила жена.

— Все руководство.

— Какое же ты руководство?

— Стало быть, причислили. Ты, матушка, не думай, не все это так просто, без смысла делается. К некрологам не каждого допускают. Чего-то ты, матушка, разнюнилась?

— Ивана Семеновича жаль. Хороший был человек.

— Неплохой. Честный. Умница.

Утром супруг, посмотрев газету, отложил ее и начал торопливо завтракать. Жена поставила перед ним глазунью и тоже принялась за газету. Увидев заголовок в траурной рамке, она сказала:

— Жаль! Очень жаль Ивана Семеновича.

Муж отодвинул яичницу и, яростно размешивая ложечкой кофе, отрывисто бросил:

— Одним дураком меньше стало. Путаник. И на

руку был нечист.

Он шумно встал, оделся и ушел, хлопнув дверью так, что в горке жалобно задребезжала посуда. Жена, думая, что она в чем-нибудь провинилась, заплакала. А виноват во всем был дежурный редактор. Во время верстки газеты в колонке, где стоял некролог, оказались лишние строчки. Редактор, сокращая, вместо пяти последних фамилий написал: «и другие».

***

Интересные автомобили по очень доступным ценам - byd f3. Это очень комфортный автомобиль, а самое главное его цена просто радует.